Публикую выдержки из диалога с человеком, публиковавшимся под ником Любитель, на форуме газеты.ру. Беседа оказалась неожиданно интересной и я был очень рад такой предоставившейся возможности. Соответственно, хочу сохранить наиболее интересное из этой беседы.
Часть 3
В предыдущем сообщении прозвучала фраза:
«по репродукциям далеко не все можно понять…. т.е. многое можно понять, кроме, пожалуй главного в живописи - самой живописи.»
Действительно, если говорить об итальянских мастерах, то их невозможно полностью оценить в репродукции. В их картинах есть какая-то магия, которая проявляется только при непосредственной встрече.
Это, кстати, и Рафаэля касается, причем в особенности Рафаэля. Для меня тоже в свое время было непонятно, почему его, равно как и других из «большой тройки» - Леонардо и Микельанджело – так превозносят. Его картины на репродукциях, пусть даже самых хороших, действительно не дают ответа на вопрос – в чем, собственно, прикол. Действительно, «как на конфетной коробке». Ну понятно, что с технической точки зрения такое рисование было на тот момент верхом совершенства – но что еще есть в этих картинах за пределами техники? И только когда ты видишь сами картины – ну, в некоторых случаях, - ты вдруг понимаешь –это своего рода «окно в иной мир». Иная реальность, идеальная. Это вот видно и на той же «Мадонне в лугах» из KHM, и в «Даме с единорогом», которую недавно к нам привозили в Пушкинский, и особенно в Ватиканском «Преображении». Пока эту картину не увидишь – сложно понять, почему ее в прошлом считали едва ли не лучшей картиной в мире.
Если говорить о Караваджо, то я его не сразу в полной мере смог оценить. Понятно, что «Лютниста» я видел давно и неоднократно, и мне эта картина нравилась – но не более. Встречал я его и в других музеях. И тоже как-то так: проходил он мимо меня. Настоящая встреча с Караваджо у меня произошла в Санта Мария Дель Пополо. Там есть две его картины, если не ошибаюсь, «Обращение апостола Павла» и «Распятие апостола Петра». И вот они произвели на меня очень сильное впечатление – и после уже я во многих музеях совершенно по новому смотрел на его картины. Да, новаторство – и не только светотень, но и реализм, и совершенно новая компоновка фигур на холсте. Но и не только это – собственно, тоже какая-то магия, тоже окно в иной мир, правда, уже совсем иной, чем у Рафаэля или Леонардо. Собственно, каждая картина – как какой-то взрыв.
С другой стороны, конечно, сложно пытаться установить какую-то серьезную иерархию среди итальянских художников 13-17 веков. Все они боги, или, по крайней мере, полубоги. И в самом деле, ответа на вопрос, кто лучше, Ботичелли или Мантенья, быть не может. Поэтому мерить «величину» художника по двум более или менее объективным критериям – «новаторству» и влиянию на других – не самая плохая идея. Остальное – вопрос вкуса. Правда, тогда какой-нибудь Гойя по этим критериям тоже окажется в первых рядах, ну что делать.
Фламандско-голландская школа – да, я тоже ее люблю, правда, больше деятелей «северного Возрождения» - Ван Эйка, Ван дер Вейдена и т.п. Интересно, конечно, что только в двух странах сложились по настоящему великие художественные школы на протяжении столетий – в Нидерландах и в Италии. Интересно и то, что нидерландцы лучше смотрятся в репродукциях, более понятно. Я кстати думаю, что популярность Брейгеля в России этим отчасти тоже объясняется. И еще один интересный момент – если пересмотреть лишку «итальянскую школу» - возникает чувство сродни «синдрому Стендаля», а вот излишек нидерландцев может привести к депрессии.
PS
И, наконец, о Вене. Да, я понимаю, что в архитектурном смысле Вене далеко до Рима, Флоренции и других итальянских городов. Но на уровне прочих европейских столиц она смотрится очень даже неплохо, во всяком случае, не хуже Парижа или Брюсселя.
И более позднее дополнение про Вену:
Удивительно, как при всей своей истории этот город остался таким удивительно светлым.
Часть 3
В предыдущем сообщении прозвучала фраза:
«по репродукциям далеко не все можно понять…. т.е. многое можно понять, кроме, пожалуй главного в живописи - самой живописи.»
Действительно, если говорить об итальянских мастерах, то их невозможно полностью оценить в репродукции. В их картинах есть какая-то магия, которая проявляется только при непосредственной встрече.
Это, кстати, и Рафаэля касается, причем в особенности Рафаэля. Для меня тоже в свое время было непонятно, почему его, равно как и других из «большой тройки» - Леонардо и Микельанджело – так превозносят. Его картины на репродукциях, пусть даже самых хороших, действительно не дают ответа на вопрос – в чем, собственно, прикол. Действительно, «как на конфетной коробке». Ну понятно, что с технической точки зрения такое рисование было на тот момент верхом совершенства – но что еще есть в этих картинах за пределами техники? И только когда ты видишь сами картины – ну, в некоторых случаях, - ты вдруг понимаешь –это своего рода «окно в иной мир». Иная реальность, идеальная. Это вот видно и на той же «Мадонне в лугах» из KHM, и в «Даме с единорогом», которую недавно к нам привозили в Пушкинский, и особенно в Ватиканском «Преображении». Пока эту картину не увидишь – сложно понять, почему ее в прошлом считали едва ли не лучшей картиной в мире.
Если говорить о Караваджо, то я его не сразу в полной мере смог оценить. Понятно, что «Лютниста» я видел давно и неоднократно, и мне эта картина нравилась – но не более. Встречал я его и в других музеях. И тоже как-то так: проходил он мимо меня. Настоящая встреча с Караваджо у меня произошла в Санта Мария Дель Пополо. Там есть две его картины, если не ошибаюсь, «Обращение апостола Павла» и «Распятие апостола Петра». И вот они произвели на меня очень сильное впечатление – и после уже я во многих музеях совершенно по новому смотрел на его картины. Да, новаторство – и не только светотень, но и реализм, и совершенно новая компоновка фигур на холсте. Но и не только это – собственно, тоже какая-то магия, тоже окно в иной мир, правда, уже совсем иной, чем у Рафаэля или Леонардо. Собственно, каждая картина – как какой-то взрыв.
С другой стороны, конечно, сложно пытаться установить какую-то серьезную иерархию среди итальянских художников 13-17 веков. Все они боги, или, по крайней мере, полубоги. И в самом деле, ответа на вопрос, кто лучше, Ботичелли или Мантенья, быть не может. Поэтому мерить «величину» художника по двум более или менее объективным критериям – «новаторству» и влиянию на других – не самая плохая идея. Остальное – вопрос вкуса. Правда, тогда какой-нибудь Гойя по этим критериям тоже окажется в первых рядах, ну что делать.
Фламандско-голландская школа – да, я тоже ее люблю, правда, больше деятелей «северного Возрождения» - Ван Эйка, Ван дер Вейдена и т.п. Интересно, конечно, что только в двух странах сложились по настоящему великие художественные школы на протяжении столетий – в Нидерландах и в Италии. Интересно и то, что нидерландцы лучше смотрятся в репродукциях, более понятно. Я кстати думаю, что популярность Брейгеля в России этим отчасти тоже объясняется. И еще один интересный момент – если пересмотреть лишку «итальянскую школу» - возникает чувство сродни «синдрому Стендаля», а вот излишек нидерландцев может привести к депрессии.
PS
И, наконец, о Вене. Да, я понимаю, что в архитектурном смысле Вене далеко до Рима, Флоренции и других итальянских городов. Но на уровне прочих европейских столиц она смотрится очень даже неплохо, во всяком случае, не хуже Парижа или Брюсселя.
И более позднее дополнение про Вену:
Удивительно, как при всей своей истории этот город остался таким удивительно светлым.
